«Хаммер» — история, мнения, факты

Эксклюзивные статьи

ветровые флаги на стрельбище

 [icon name=»magic»] Денис Ковалкин эксклюзивно для журнала Lobaev

Ветер — вот основной противник стрелка, когда речь идет о высокоточной стрельбе и дальних дистанциях. Научиться верно читать его — непростая задача, на которую могут уйти годы тренировок. Но даже опытного стрелка случайный порыв может оставить без чемпионского титула; ветер — это всегда немного лотерея. Тем интереснее звучат истории о «хаммерах» — стволах, стреляющих «сквозь» ветер, стволах, дающих редкую возможность закрывать глаза на ветровые кондиции. Правда это, или еще одна профессиональная легенда — об этом пойдет речь ниже.

Так что же такое ствол-«хаммер»? Даже о сути этого термина идут споры. Большинство профессионалов и любителей стрелкового спорта уверены, что этим словом обозначаются стволы, дающие намного меньший ветровой снос и позволяющие забыть о поправках на ветер при изменении его силы в разумных пределах. Впрочем, есть и те, кто полагает «хаммер» скорее стволом элитного класса, созданным с минимальными допусками, и скептически относится к мысли, что даже самый лучший ствол может дать пуле иммунитет к ветровому сносу.

Откуда берет свое начало название такого ствола — hummer(шмель) — доподлинно неизвестно. Можно лишь предположить , что возникло и закрепилось в среде американских бенчрестеров оно сравнительно недавно, в последней четверти 20-го века, вместе со значительным ростом качества доступных стрелкам стволов и серьезным сокращением размеров групп, необходимых для победы на мало-мальски серьезных состязаниях.

Первым «официальным» свидетельством существования «хаммеров» стал труд Тони Бойера «Книга о винтовочной кучности» (Book of Rifle Accuracy), вышедшая сравнительно недавно, в 2010 году. Вот как Бойер описывает это явление: «Однажды я выиграл Класс Без Ограничений NBRSA , использовав тяжелую варминт-винтовку. У меня был самый лучший ствол на линии огня. Просто никакого иного способа выиграть из винтовки, стреляющей с мешков, у всех тех рейлганов, и быть не могло. Это был Shilen с шагом нарезов 1:15″, и он обеспечивал мне полтора часа нечувствительности к ветру. Если ветер менялся с 6 на 4:30, он все равно стрелял группы в `десятки` без выноса точки прицеливания, если хвост флага уходил выше, мне приходилось выносить точку прицеливания.» [Полная шкала силы ветра на подобных флагах — от 6 (штиль) до 3 часов, когда хвост под действием силы ветра располагается практически горизонтально. Прим. Д.К.].

Это — солидное свидетельство в пользу существования «хаммеров», особенно, если учитывать спортивные заслуги Бойера. 12 раз он выигрывал мировые чемпионаты по бенчресту и 11 раз становился «стрелком года», что не позволяет сомневаться в его опыте и личном мастерстве.

Слова Бойера подтверждает Томас «Спиди» Гонзалес, великолепный стрелок и не менее прекрасный оружейник, чьи винтовки подарили их владельцам не один десяток наград высшей пробы. «Ты можешь посадить пулю обратной стороной. Этому стволу всё равно. Дырка от этого особенно не пострадает. В суровых условиях ты только удивляешься – и чего все жалуются на ветер? Ветер как ветер…»

Однако есть и противоположные мнения. Дадим слово Джеймсу Моку, опытному (пусть и не столь титулованному) бенчрестеру и автору многочисленных публикаций об этом виде спорта. В своей статье «Бенчрест — мифы или факты» (Benchrest – Myth or Pure Facts) он пишет: «Согласно мнению многих великих стрелков, таких как Тони Бойер или Майлз Холлистер, есть стволы, позволяющие делать ошибки в определении ветрового сноса без смещения в результате точки попадания. Другими словами, пули, выпущенные из этих стволов, не столь сильно отклоняются [ветром] от своих траекторий, в отличие от пуль, выпущенных из обычных стволов. Признаю, что пуля отклонится на большую величину, если она покидает ствол не стабилизированной. Если пуля покидает ствол стабилизированной и имеет достаточно момента импульса на всей дистанции до цели, влияние ствола заканчивается на моменте покидания его пулей. Конечно, существуют стволы, более кучные чем другие, но вешать на них ярлык особой возможности `стрельбы сквозь ветер` — заблуждение».

Конечно, личный опыт Тони Бойера не сравним с опытом Мока, но, тем не менее, последний высказывает точку зрения, которую разделяет достаточно много стрелков. Если суммировать их доводы на зарубежных бенчрест-форумах, то звучат они примерно так: «Законы физики одинаковы для всех, и если боковой ветер сносит пулю, он будет делать это одинаково … хорошо, почти одинаково для любых пуль». Впрочем, обратные доводы встречаются не менее часто, и нередко начинаются со слов: «У меня был `хаммер`». С такой позицией спорить сложно.

Стоит добавить, что далеко не каждый стрелок готов во всеуслышание заявить, что у него есть «хаммер». Причины очевидны: во-первых, это, в известной мере, бросает определенную тень сомнения на его победы, а во-вторых, может стать поводом для зависти и (человеческую природу не переделаешь) злословия со стороны коллег-соперников. Однако существует мнение, что ни один более-менее крупный турнир сегодня не обходится без «хаммеров»; спортсмены-профи покупают и тестируют в год десятки различных стволов, и в такой частый невод хотя бы по теории вероятности время от времени должны попадать золотые рыбки «хаммер»-класса.

А что у нас?

Темы на отечественных стрелковых форумах, посвященные «хаммерам», отличаются от зарубежных кардинально. Здесь не встретишь отзыв человека, у которого «хаммер» был, но зато участники беседы не стесняются углубляться в дебри физики — от школьного курса механики до теории гироскопов — чтобы обосновать свою точку зрения. В основном эта точка сводится к тому, что «хаммеров» существовать не может, потому что они противоречат законам физики. Что ж, в конце восемнадцатого века французская академия наук тоже полагала в массе своей, что метеоритов не существует, потому что они противоречат законам природы. Как стало ясно позже, к законам природы мнение академиков отношения не имело. Зато самих академиков оно характеризовало лучше некуда.

Между тем, отечественным стрелкам тоже выпадала удача в виде «хаммера»: например, Влад Лобаев в своих отчетах о поездке на Чемпионат мира 2005 года по бенчресту рассказывает о доставшемся ему «хаммере», правда, к моменту соревнований ресурс ствола был практически исчерпан из-за крайней степени омеднения, что не помешало Владу попасть на 15 место в абсолютном зачете в классе 2-Gun. Ствол аналогичного уровня принес на тех же соревнованиях второе место в классе Heavy Varmint другому нашему соотечественнику — Андрею Комкову.

Занимательная, но бесполезная физика

Задача расчета ветрового сноса пули, в самом деле, слишком сложна, чтобы пытаться решать ее наскоком с помощью школьного, или даже институтского, курса физики. Чтобы показать это, попробуем оценить величину бокового сноса пули, представляя себе следующую физическую модель: неподвижная пуля висит перпендикулярно к набегающему потоку воздуха. К слову, изрядное количество стрелков именно так и представляет себе ветровой снос, разделяя поступательное движение пули, и ее дрейф под влиянием ветра. Уточним начальные условия: пусть это будет не безымянная пуля, а вполне определенная Sierra Match King калибром .308 весом 125 гран, длиной 2,9 см и диаметром 0,782 см (хотя, конечно, после прохождения нарезов ее эффективный диаметр будет поменьше), покидающая ствол со скоростью 807 м/с. Аэродинамический коэффициент сопротивления пули для бокового ветра оценим в 0,3, а площадь поперечного сечения, чтобы не считать её для сложного контура пули, оценим по верхней границе, умножив длину пули на диаметр. Для нас важна именно оценка ветрового сноса, а не точное значения. С этой же целью предположим, что на дистанции до 600 м (которые наша пуля покроет за секунду с небольшим хвостиком), сила воздействия бокового ветра остается постоянной (хотя в реальности она будет падать, когда пуля будет приобретать боковую скорость под действием ветра). Используя стандартные формулы для силы аэродинамического сопротивления и для величины пройденного пути с учетом постоянного ускорения подучаем, в итоге, величину ветрового сноса на 600 м (секунда полета) в 25 см.

Баллистический калькулятор на appliedballistics.com выдаст нам на этой дистанции (для функции G7) величину сноса в 132 дюйма, или 335 см. Подводим итоги: данные нашей модели, построенные на основе стандартной формулы аэродинамического сопротивления, отличаются от реальности более чем на порядок. Остальной вклад в ветровой снос принадлежит, очевидно, тем параметрам, которыми реальная пуля отличается от использованной выше модели: высокой горизонтальной скоростью, большой скоростью вращения пули вокруг оси, колебаниям этой оси вращения, особенно на первоначальном этапе вылета из ствола. Точнее, тем аэродинамическим эффектам, которые связаны с этими параметрами. Очевидно, математическая модель для описания всех этих явлений будет крайне сложной и громоздкой. Именно поэтому современная прикладная баллистика идет по другому пути, используя заранее просчитанные траектории эталонных боеприпасов и актуализируя их для конкретных пуль с помощью баллистических коэффициентов и факторов гироскопической стабильности.

Кроме того, из нашего расчета можно сделать еще один вывод: точка зрения, будто влияние ствола на пулю кончается за дульным срезом, не соответствует действительности. Большинство факторов, обеспечивающих львиную долю ветрового сноса, так или иначе оказываются связаны со стволом.

Теория и практика

С учетом написанного выше про грамотное физическое обоснование феномена «хаммеров» можно забыть. Остаются лишь эмпирические гипотезы и теории, периодически выдвигаемые самими стрелками. Интересное дело: если отмести в сторону явно недостоверные предположения, вроде чудодейственной силы свинцового притира в деле создания «хаммеров», то самой популярной теорией и на наших, и на зарубежных стрелковых ресурсах станет идея о минимизации колебаний дульного среза винтовки в момент покидания его пулей.

Суть теории довольно проста: ствол в процессе выстрела ведет себя как упругий стержень, совершающий колебательные движения. Если на дульный срез в момент вылета пули придётся минимум амплитуды колебаний — то и колебания оси вращения пули будут минимальны (а сама ось будет почти соосна вектору скорости пули). Если учесть, что согласно множеству наблюдений, ветровой снос сильнее всего проявляется именно для пули в неустойчивом состоянии на участке сразу после дульного среза (а также на участке перехода от сверхзвуковой к дозвуковой скорости полета), то теория выглядит правдоподобно. Тем более, что ее подтверждают редкие свидетельства отдельных счастливчиков, которым повезло после процедуры укорачивания ствола (и сопутствующего тюнинга, не без этого) получить в свои руки настоящий «хаммер».

Признать эту теорией истинной мешает, однако, одно соображение. Исследования в области колебаний стволов в процессе выстрела ведутся сейчас достаточно активно, разрабатываются методики определения собственных частот, расчета «кучных» начальных скоростей, при которых пуля покидает ствол в самый выгодный (с точки зрения отсутствия колебаний) момент. Ряд компаний выпускает системы для изменения частот собственных колебаний ствола, представляющие из себя передвигающиеся вдоль его оси грузы. По идее, все это должно бы уже привести к «хаммер»-всплеску, однако победных реляций на форумах почему-то не заметно. Как и четверть века назад, «хаммер» остается редкостью, Синей Птицей одних, и несбыточной мечтой для других.

P.S. Впрочем, есть вероятность того, что «хаммер» для отечественного стрелка перейдет в ближайшее время из разряда красивых легенд в разряд реальности, данной им в ощущениях. Влад Лобаев, зарегистрировавший бренд Lobaev Hummer Barrels, утверждает, что расколол тайну «хаммеров» и готов подтвердить это делом. Разумеется, речь идет не о поточном производстве — «хаммер» был и остается изделием штучным, требующим на порядок больше времени и усилий, нежели любой другой ствол матчевого класса. Но, возможно, теперь он из улыбки судьбы превратится в товар, который можно заказать.

hummer_bottom